«Это другое»

[nlothik]

Пред­ставь­те себе про­стую ситу­а­цию.

Вы аме­ри­ка­нец, пат­ри­от сво­ей стра­ны, устра­и­ва­е­тесь на рабо­ту. Неваж­но, куда — допу­стим, на хоро­шую долж­ность. Запол­ня­е­те анке­ту и вни­зу фор­мы види­те неболь­шую при­пис­ку:

«Мы отда­ём пред­по­чте­ние соис­ка­те­лям-вете­ра­нам».

Более того — мно­гие ком­па­нии этим даже гор­дят­ся. Это счи­та­ет­ся пра­виль­ной соци­аль­ной поли­ти­кой:

Какая у вас воз­ни­ка­ет реак­ция?

Ско­рее все­го, вполне поло­жи­тель­ная. Что пло­хо­го в том, что­бы помо­гать вете­ра­нам?

Воору­жён­ные силы США непро­пор­ци­о­наль­но часто наби­ра­ют людей из самых бед­ных и соци­аль­но небла­го­по­луч­ных сло­ёв обще­ства. Для пар­ниш­ки или дев­чон­ки из како­го-нибудь Ско­тоёб­ска, Окла­хо­ма, служ­ба в армии зача­стую ста­но­вит­ся един­ствен­ной воз­мож­но­стью вырвать­ся из это­го окру­же­ния, полу­чить обра­зо­ва­ние, и какие-то жиз­нен­ные навы­ки.

После уволь­не­ния в запас таким людям вполне логич­но помочь встать на ноги — напри­мер, дать им неко­то­рое пре­иму­ще­ство при най­ме. С этим ведь труд­но спо­рить?

То есть вы при­зна­ё­те доволь­но про­стую вещь:
соци­аль­но-эко­но­ми­че­ские обсто­я­тель­ства чело­ве­ка могут учи­ты­вать­ся при при­ня­тии реше­ния о най­ме.

Хоро­шо.

Тогда объ­яс­ни­те мне одну вещь.

Поче­му же — осо­бен­но у това­ри­щей спра­ва — воз­ни­ка­ет почти исте­ри­че­ская аллер­гия на ини­ци­а­ти­вы DEI, кото­рые гово­рят, по сути, ров­но о том же самом?

Ах да.

Одно дело — вете­ра­ны.

И совсем дру­гое — какие-то там сек­су­аль­ные мень­шин­ства и про­чие небе­лые.

«Это дру­гое».

Нет.

Нихе­ра это не дру­гое.

Про­сто один вид virtue signaling вам нра­вит­ся, а дру­гой — нет.

И про­бле­ма тут не в «прин­ци­пах».
Про­бле­ма в том, к кому имен­но вы гото­вы эти прин­ци­пы при­ме­нять.

Permalink to this post

Comments

[nlothik]

Аргумент здесь не в конкретном законе и не в том, что «мне это не нравится». Речь о принципе, на котором такие законы основаны.

Вопрос очень простой: считаем ли мы, что ценность и место человека в обществе могут определяться характеристиками, которые он изменить не может — цветом кожи, происхождением, формой гениталий, цветом глаз или волос?

Если ответ “да”, то из этого принципа исторически вырастают самые разные практики — от табличек “только для белых” до расовых законов наци и преследования людей за их сексуальность. Они могут выглядеть по-разному, но логика у них — одна и та же.

Антидискриминационные законы как раз исходят из противоположного принципа: что такие врождённые характеристики не должны определять, может ли человек участвовать в экономической и общественной жизни, и как он может в ней участвовать.

Исторический опыт как раз показывает, что без таких правил рынок сам по себе проблему не решает. Когда дискриминация становится социальной нормой, рынок её просто воспроизводит и усиливает. Даже если это экономически неэффективно.

Так что аргумент здесь не “мне это не нравится — значит запретить”. Аргумент в том, что общество может решить: участие в экономической и общественной жизни не должно зависеть от врождённых характеристик человека. Потому что это во-первых, справедливо, а во-вторых, более эффективно, в том числе и экономически.

[nameless_one_dm]

Я тоже базирую свои построения на принципах. На недопустимости агрессивного насилия и на свободе договора.

Когда ты говоришь про ценность чловека и его место в обществе - ты что имеешь в виду? Где эту ценность и место можнно посмотреть? Я как и ты против законодательной дискриминации - и за равенство людей перед законом. Но тут ты хочешь запретить не нравящиеся тебе виды частной дискриминации. При том что взаимодействие субъектов - это сплошная дискриминация. Мэри из Чикаго говорит что ей нравятся стройные блондины. Дискриминирует ли она тучных брюнетов? Ещё как. Обидно ли тучным брюнетам (i. e. "this is unfair"). Каким-то, вероятноЭ обидно. Нужно ли государству вмешиваться чтобы устранить такую дискриминацию и убрать несправедливость? Думаю ты согласишься что не нужно. Но когда Мэри решила открыть лавку по продаже пончиков и ищет себе в компаньоны стройного блондина - ты готов обрушить на неё всю мощь государственной машины? И поддерживаешь закон, по которому Мэри не может брать себе в бизнес-партнёры людей по какому-то критерию, если этот критерий тебе не нравится? Я сам при этом полагаю что такой выбор co-workers со стороны Мэри - не самая лучшая бизнес-стратегия. Но остаюсь при этом при мнении что запрещать ей так делать будет нарушением базовых человеческих прав.

[nlothik]

Стоп-стоп, “смешались в кучу, кони, люди”. Ты сливаешь в один сосуд разные типы отношений.

Личные отношения — дружба там, романтика — это сфера, куда государство не суётся. Туда же относится и узкая частная ассоциация, например тот самый выбор партнёра, чтобы вместе открыть бизнес по продаже пончиков.

Но ситуация меняется, когда человек открывает лавку, нанимает сотрудников, сдаёт жильё и начинает предлагать услуги на рынке — то есть становится частью системы, от которой зависят возможности других людей.

Исторический опыт показывает, что если разрешить дискриминацию по врождённым признакам, то очень быстро возникает системное исключение целых групп из общественной и экономической жизни — будь то чернокожие в Америке или евреи в нацистской Германии.

Антидискриминационные законы существуют не для того, чтобы регулировать кому там нравится Мэри, и каким способом, а для того, чтобы гарантировать базовый доступ к экономической и общественной жизни.

Ты говоришь, что такие законы нарушают права людей. Но тогда возникает вопрос о другом фундаментальном праве — свободе договора. Ты считаешь, что она должна существовать?

Потому что свобода договора работает только тогда, когда обе стороны вообще допускаются к рынку. Если одним можно заключать договоры, а другим просто не дают войти в дверь, то это уже не свобода договора.